Малоизвестные рассказы о прп. Сергии

Святой против интриг

     Когда святитель Алексий был уже немощен, именно в преподобном он видел своего преемника. Святой категорически не соглашался на это - это было немыслимо для его духовного устроения. После смерти святителя мы видим активную борьбу среди духовных лиц за Киевский, Московский и всея Руси митрополичий престол.
     Здесь были интриги и князя Димитрия Донского, которого мы тоже чтим как святого - во многом благодаря преподобному Сергию! Ставленник со стороны князя, один из его друзей, быстро стал архимандритом, а потом и кандидатом на митрополичий престол. В борьбу активно включился святитель Дионисий Суздальский. Все кандидаты устремились в Константинополь, в котором тоже в то время была нелегкая ситуация, и за ней кандидаты на епископские кафедры Руси следить не успевали - так поспешно сменялись императоры и патриархи...
     В этой борьбе преподобный оставался самим собой - он и Бог. Когда святитель Киприан - законный, канонический - отправился на московский престол, князь Димитрий Донской его не принял - унизил, ограбил, изгнал из пределов своего княжества...
     Как поступил преподобный? Он перестал общаться с князем Димитрием. И видя силу его авторитета, глубину его советов, князь вынужден был исправиться, смириться, стать другим, отбросить свои человеческие амбиции и последовать наставлению старца.
     Мы знаем из истории этот сюжет: князь Дмитрий Донской получает благословение преподобного перед Куликовской битвой. Но ведь это благословение – не просто молитвенное предстояние перед святым, а акт покаяния. Преподобный князя не принимал и не благословлял, требуя от него смирения своей гордыни, а в обмен на это – оправдание в глазах Божьих. Благословение накануне Куликовской битвы – это результат раскаяния князя.
Протоиерей  Александр  Агейкин
http://ruskline.ru/monitoring_smi/2013/07/18/


Ему дано было видеть…

     В день Куликовской битвы, 8 сентября 1380 года, прп. Сергий и его братия горячо молились за русское воинство. Сергий «телом стоял на молитве в храме Святой Троицы, а духом был на поле Куликовом», и внутренними очами он видел то, что происходило за сотни верст, «словно находился поблизости» — так описывает летописец хронику сражения.
     Иногда игумен прерывал молебен, рассказывал братии о ходе битвы, называл имена павших и тут же читал по ним заупокойные молитвы. Он сообщил о гибели иноков Александра Пересвета и Андрея Осляби, говорил о временных неудачах войска князя Димитрия, призывая молиться усерднее, и, наконец, с радостью возвестил о бегстве татар.
     Лишь через четыре дня гонец принес весть в Москву о победе, а в Свято-Троицкой обители уже отпраздновали победу русского оружия.
http://terbyni.prihod.ru/ehto_interesno/view/id/1149229

Ради освобождения Руси

     Спустя некоторое время после смерти прп. Сергия с некоторыми верующими стали происходить чудеса, которые люди относили к воздействию почившего праведника. И таких случаев было много. Но об одном люди оставили память совершенно особую. Это произошло спустя более чем столетие после смерти Сергия Радонежского. В начале 1600-х годов поляки и другие чужеземцы с запада сильно притесняли Русь, что грозило распадом государства. Не было, как нынче бы сказали, лидера, который объединил бы разрозненные силы русских для обороны страны.
     И вдруг за создание народного ополчения взялся никому не известный староста небольшого в ту пору Нижегородского посада Козьма Минин. Позже он рассказал архимандриту Троицкого монастыря, почему он отважился на столь трудное дело. Эту мысль ему внушил преподобный Сергий, когда явился ему во сне и велел собирать казну, ратников и идти на Москву освобождать город от иноземцев.
      Козьма долго размышлял о том чудесном явлении, но решил, что собирать войско — не его дело, и повести за собой людей могут только знаменитые полководцы и князья. Через некоторое время Сергий снова явился к нему и повторил приказание. Однако Козьма Минин снова не решился на это. Тогда святой старец явился к нему в третий раз и сказал:
 — Не говорил ли я тебе, чтобы ты собирал ратных людей и шел освобождать землю русскую от врагов?! Не бойся того, что старшие не станут тебя слушать, младшие охотно пойдут за тобой, и благое дело будет иметь добрый конец.
     После этого Козьма уже не сомневался в том, что это не сны, а пророческие видения. Но он так испугался ответственности, что даже заболел. А когда выздоровел, обнаружилось, что с болезнью куда-то ушли его нерешительность и неверие в свои силы и назначение. Он горячо взялся за дело: продал собственное имущество на вооружение и убеждал земляков скорее собрать войско и двинуть на врага.
     И удивительно — многие с воодушевлением пошли за ним. Ополчение выполнило свою миссию и освободило Москву. Разгром поляков довершил князь Дмитрий Пожарский.
http://terbyni.prihod.ru/ehto_interesno/view/id/1149229

Посмертные  пророчества прп. Сергия

     Известны посмертные пророчества преподобного Сергия. Неоднократно являлся он кому-либо из братии. Видели его стоящим за всенощным бдением на своем месте, видели благословляющим братию. Так, инок Игнатий увидел его на его обычном месте в церкви поющим с братией.
     После кончины игумена Никона преподобный Сергий явился с ним к тяжелобольному московскому купцу Симеону и исцелил его. Однажды на праздник Святой Троицы преподобный Сергий явился в толпе слепому, подвел его к своей раке и дал ему коснуться ее — слепой прозрел и в благодарность остался в монастыре навсегда.
     Святитель Илларион, митрополит Суздальский и Юрьевский, был исцелен Сергием Радонежским. Не сразу Илларион, в миру Иоанн, выбрал иноческий путь. Смерть жены послужила ему указанием посвятить себя Господу. После посещения Флорищевой пустыни, недалеко от Гороховца, Иоанн дает обет поселиться в ней. Родные были против и уговаривали его на вторичный брак. Но как только он помыслил согласиться с их просьбами, его постигла слепота. В удрученном состоянии Иоанн отправился в Троице-Сергиеву лавру, где со слезами молился у мощей преподобного Сергия о своем населении. В видении ему явился преподобный и приказал идти во Флорищеву пустынь. К Иоанну вернулось зрение, он принял постриг с наречением имени Иларион в декабре 1653 года.
      В 1608 году Троице-Сергиева лавра была осаждена шайками Тушинского вора. Не раз являлся преподобный Сергий архимандриту Иоасафу и пономарю Иринарху, укрепляя их и предупреждая об опасностях. Раз видели его окропляющим стены святой водой; другой раз он предупредил о готовящемся приступе, который и был отражен. Являлся преподобный и осаждавшим, так что многие казаки стали уходить домой, давая клятву никогда не воевать с православными.
     Но особенно много ободрения и чудес было явлено преподобным Сергием в тяжкое время Смуты (1607—1613). Троицкая обитель к этому времени, возвышаясь в духовном и общественном значении, преуспевала и в своем строительстве. В 1550 году был закончен большой пятиглавый Успенский собор и вокруг монастыря была сооружена массивная каменная стена с 12 башнями, превратившая монастырь в первоклассную крепость, прикрывавшую дорогу из Москвы в северные города. Богатства монастыря настолько возросли, что уже с XVI века казна монастырская могла ссужать значительные суммы на нужды государственные. И конечно, такая крепость с хранившейся в ней богатой казной представляла заманчивую добычу для «тушинцев», поляков и литовцев Смутного времени. На эту духовную твердыню и сокровищницу Земли Русской и устремились хищники, и 23 сентября 1608 года воевода тушинского царька Петр Сапега с войском из поляков и литовцев, а также с примкнувшими к ним многочисленными отрядами из тушинцев подошел к стенам монастыря. Число врагов, по показаниям пленных, простиралось до 30 тысяч.
     Этой вражеской силе защитники Сергиевой обители могли противопоставить самые незначительные силы. Царь Василий Иванович прислал в монастырь небольшой отряд под началом воевод Алексия Голохвастова и князя Долгорукого-Рощи. Кроме того, монастырь вооружил всех своих слуг, служебников и крестьян, и даже братия взялась за оружие. Так что число защитников набралось до 2400. Собралось под защиту монастыря также и все ближайшее население (между ними были старцы, женщины и дети), что сильно осложняло положение и затрудняло защиту. Враги заняли все дороги, ведущие к монастырю, своими заставами. Со своей стороны и осажденные энергично готовились к обороне. Воеводы совместно с архимандритом и соборными старцами привели всех защитников к крестному целованию у раки преподобного Сергия с обещанием крепко и непоколебимо стоять против врагов. «И оттоль, — пишет в своем сказании знаменитый келарь Троицкой лавры Авраамий Палицын, — бысть во граде братолюбие велие и вен со усердием без измены ратовахуся со враги».
     Сказание об осаде монастыря повествует о многократных явлениях преподобного Сергия архимандриту Иосафу и пономарю Иринарху с предупреждениями об опасности и обещаниями помощи.
     9 сентября воевода Петр Сапега и Александр Лисовский прислали в монастырь две грамоты воеводам и архимандриту Иосафу с требованием сдачи и обещанием награды в случае покорности и угрозы лютой смерти всем сопротивляющимся. Но слова польско-литовских военачальников «пали, как ветер на скалу Троицкую». Воеводы и архимандрит Иосаф послали врагам суровый и решительный отказ. Жестокая борьба началась. 30 сентября враги повели на монастырь приступ со всех четырех сторон. Вражеская артиллерия осыпала монастырь ядрами. Но преподобный хранил обитель свою. Ядра падали в пустые места или в пруд и сравнительно мало вреда причиняли осажденным. После длительного и жестокого боя враг отступил с большими потерями. Враги решили перейти к правильной осаде крепости и, установив орудия, укрепив их рвами и окопами, начали обстрел монастыря из 63 орудий. Немало приступов было сделано врагами, и неизменно преподобный в видениях предупреждал о каждой опасности.
     Так, накануне одного сильного приступа пономарь Иринарх видел, как святой Сергий ходил по ограде и кропил ее святой водой.
     Защитники, предупрежденные таким чудесным образом, окрылялись духом и неизменно отбивали все нападения, нанося существенный урон неприятелю. Отчаявшись взять монастырь приступом, враг стал вести подкоп под монастырь. Осажденным стало известно о подкопе под стены монастырские. Каждую минуту им грозила страшная гибель.
     В эти тяжкие дни преподобный Сергий явился архимандриту Иоасафу. После усердной молитвы Иоасаф впал в дремоту, и вот видит он, что преподобный с воздетыми руками слезно молится. Окончив молитву, он обратился к Иоасафу и сказал ему: «Встань, брат, бдите и молитеся, да не внидите в напасть». Следовавшая за этим вылазка дала первые сведения о подкопе. Вскоре после этого архимандрит Иоасаф вновь имел видение.
     Совершая у себя в келье правило, он задремал, и вот снова приходит к нему преподобный и говорит:
     «Встань, не скорби, но в радости вознеси молитвы, ибо о всех вас молится Богу Пресвятая Богородица...»
     Последовавшая за этим видением вылазка 9 ноября оказалась чрезвычайно удачной для защитников: было обнаружено устье подкопа. Два крестьянина подмонастырского села Клементьева Никон Шилов и Слота взорвали подкоп, геройски пожертвовав собою для спасения обители. Так дозором преподобного осажденным еще раз удалось избежать страшной гибели.
     В эти грозные дни преподобный Сергий являлся не только бывшим в святой обители, но также и тушинским казакам, осаждавшим лавру. Один казак из неприятельского войска пришел в монастырь и рассказал о явлениях преподобного.
     Многие из них видели, как по монастырским стенам ходили два светозарных старца, похожие по описанию на чудотворцев Сергия и Никона. Один из них кадил монастырь, другой кропил его святой водою. В одну ночь преподобный явился во сне многим врагам и предрек им гибель. Некоторые казаки, устрашенные этими явлениями, оставили лагерь врагов и ушли домой.
     Между тем, наступила зима и заставила врагов прекратить частые нападения. Но обрушилась новая беда. От тесноты, грязи, дурной пищи и загрязненной воды в монастыре развилась цинга. Небольшие силы защитников уменьшались с каждым днем, могущих носить оружие осталось не более тысячи. Но дивно хранима была обитель преподобного! Все же по мере поредения рядов защитников уныние начало овладевать слабейшими и стали даже раздаваться голоса, что лучше сдаться врагу добровольно, ибо нельзя уже послать в Москву за помощью, которая бы подоспела к весне, к возобновлению военных действий. И снова, по преданию, преподобный, чтобы поддержать мужество и ободрить малодушных, явился пономарю Иринарху и сказал ему: «Скажи братии и всем ратным людям, зачем скорбеть о том, что невозможно послать весть в Москву? Сегодня, в третьем часу ночи, я послал от себя в Москву, в дом Пречистой Богородицы и ко всем московским чудотворцам, трех моих учеников: Михея, Варфоломея и Наума. Враги видели посланных, спросите — почему они не схватили их?»
     Иринарх рассказал об этом видении. Все стали расспрашивать стражу — не видел ли кто посланных из монастыря? Выяснилось, что неприятельская стража действительно видела трех старцев и стала их преследовать, надеясь быстро настигнуть их, так как кони под старцами были очень плохи. Но преследовавшие обманулись: кони под старцами неслись, как будто крылатые. Враги не смогли нагнать их.
     В это время в обители был один больной старец. Услыхав о чуде, он стал размышлять, на каких таких конях были посланные Сергием старцы, и действительно ли все это было.
     Тогда явился ему преподобный и сказал, что он послал старцев на трех слепых лошадях, которые вследствие недостатка корма были выпущены за монастырскую ограду. После чего он исцелил старца от болезни и вместе с тем от неверия. По преданию, в этот самый день в Москве видели едущего старца, за которым следовало двенадцать возов, наполненных печеным хлебом. Москва тогда тоже была осаждена врагами и терпела нужду в хлебе. Старец с возами и спутниками направлялся к Богоявленскому монастырю, где тогда было лаврское подворье. Видевшие это дивились и недоумевали: «Кто этот старец и его спутники и как прошли они сквозь неприятельское войско?» Старец же приветливо отвечал: «Все из дома Пресвятой и Живоначальной Троицы». Когда же его спросили, что происходит в обители преподобного Сергия, старец, отвечал: «Не предаст Господь имени своего в поношение, только сами вы, братие, не смущайтесь и не предавайтесь отчаянию».
     Между тем по Москве стал распространяться слух о прибывших из обители Сергия. Сам царь Василий спрашивал, почему к нему не привели их. Множество народа стало стекаться к Богоявленскому монастырю, но там никто не видел прибывших. Когда же в этом монастыре оказалось вдруг большое изобилие хлеба, тогда поняли, что то было явление преподобного Сергия.
     Так в народном сознании преломлялась духовная помощь преподобного. А к весне 1609 года царь Василий мог послать в Троицкую обитель небольшой отряд казаков под началом атамана Остакова, к которому келарь Авраамий присоединил 20 человек монастырских слуг из Богоявленского монастыря. В мае возобновились военные действия под Троицким монастырем. Враги снова произвели на стены монастырские приступ, который был отбит с большим уроном. В июле приступы возобновились и снова были отбиты, несмотря на то, что в последнем нападении принимал участие пришедший с новыми силами пан Зборовский, похвалявшийся одним ударом взять «лукошко», как он называл Троицкую крепость...
     А в это время к монастырю, наконец, приближался избавитель, князь Скопин-Шуйский, шедший с сильным войском на освобождение Москвы от тушинцев. Заступничество преподобного Сергия спасло его обитель от разорения. Разбитые несколько раз после 16-месячной осады враги в страхе перед наступившим на них войском князя Скопина-Шуйского отступили от стен Троицкой лавры. Доблестной защитой монастырской крепости не была исчерпана служба Троицкой обители Земле Русской в тяжкие годы Смутного времени.
     Во время осады, когда и сама Москва была стеснена тушинцами и в ней начался сильный недостаток съестных припасов и дороговизна на них, находившийся в Москве келарь Авраамий Палицын выпускал на рынок по дешевой цене из монастырских житниц сотни четвертей ржи и тем заставлял хлеботорговцев понижать цену на хлеб.
     А в тяжелый 1611 год, когда наступил самый критический момент во внутренней истории Московского государства, когда захватившие Москву поляки и их русские приспешники стали жестоко угнетать Русь и угрожать всему национальному быту, когда в отчаянии за будущую судьбу своей родины люди терялись среди ужасающих событий и не знали, откуда ждать помощи, тогда из стен Троицкой обители раздался набатный звон по всей Руси. Доблестный троицкий архимандрит Дионисий и келарь Авраамий Палицын рассылали из монастыря по всем городам пламенные грамоты с призывом к русским людям подняться на защиту веры и отечества и освободить от врагов Московское государство. Эти пламенные грамоты и те необычайные видения, всегда связанные с обликом преподобного Сергия, начавшиеся проявляться повсеместно среди людей самого различного положения, вызвали в народе подъем религиозного чувства, величайшего напряжения, при котором чудо освобождения и очищения Московского государства сделалось возможным.
http://edgarcaysi.narod.ru/sergiy_9.html